logo
Russian Woman Journal
www.russianwomanjournal.com
Романтика и мир женшины
12 Октября 2009, Понедельник
Лариса Джейкман
(Англия, Hampshire)

Костюм от Версаче

Часть4
Предыдущая глава этой повести:

VersaceКафе «Соловушка» оказалось вполне приличным местом с залом столиков на десять-пятнадцать. Искусственные деревца внутри создавали иллюзию живой природы, а вместо музыки откуда-то лилась нежная соловьиная трель.

Было очень уютно и спокойно в этом немноголюдном местечке, хотя вечером кафе, скорее всего, было излюбленным местом для влюбленных и их романтических встреч.

У входа в кафе их встретил молодой мужчина в джинсах и коричневой кожаной куртке, несомненно таксист. Он представился Николаем Оверченко.

«Я бы хотел спросить, вы интересуетесь мной или каким-нибудь пассажиром?» - нетерпеливо спросил Николай, когда заказали кофе.
«Вы волнуетесь?» - спросил его в свою очередь Владимир, не дав Марине открыть рот. Она сразу поняла, что ее дело – слушать и отвечать на возможные вопросы. Самой в беседу не вступать и вопросов не задавать.
«Да нет, просто не понимаю, зачем я вам понадобился?»

«Ну хорошо. Николай расскажите мне поподробнее о вашей вчерашней смене, какие пассажиры вам особенно запомнились, куда вы их возили, было ли что-нибудь необычное?»
У Николая оказалась прекрасная память и с интеллектом было все в порядке. Он рассказывал свой вчерашний день более, чем подробно, но сначала ничего особо интересного не случалось. Но вот днем Николай припомнил одну странную пассажирку, которая попросила отвезти ее как можно скорее на вокзал и посулила пятьдесят долларов, если они успеют на московский поезд. Николай мчал машину изо всех сил, лавируя между другими, как вдруг она сказала:
«Знаете что, я передумала. Остановите, я выйду». Она вышла в центре, расплатилась по счетчику и исчезла в толпе. Лица Николай не запомнил, но мог бы описать, как она была одета.

«Не надо. Это не наш клиент. Что-нибудь еще из ряда вон?» - спросил Владимир.
«Да. Не хотел говорить, но вы ведь им, скорее всего, интересуетесь. Была не была». И он поведал весьма странную историю.
Было около шести вечера, Николай ехал пустой по бульвару Маршала Жукова, ехал неспеша, выискивал пассажиров, когда у остановки «Морская площадь» вдруг увидел человека, который стоял у самой обочины и кому-то махал рукой. Когда Николай с ним поравнялся, тот вдруг его остановил и сел внутрь. Николай видел, как через дорогу, явно к нему, бежала женщина, но мужчина вдруг сказал: «Поехали, быстро!»

Николай удивился, но не в его правилах задавать пассажирам вопросы, и он тронул с места. В зеркало заднего вида Николай заметил, как женщина перебежала дорогу и осталась стоять в растерянности, глядя им вслед.
Николай подробно описал внешность своего странного пассажира, как он был одет: пресловутое черное пальто и черная шляпа. А вот лица он не разглядел как следует, шляпа была сильно надвинута на лоб.
«Понятно. Скажите, а куда вы его отвозили?» - задал наиважнейший вопрос Владимир.
«В том-то и дело. Уже совсем стемнело, а он сказал, чтобы я отвез его на кладбище. Я еще удивился и даже спросил, зачем, мол, в такую пору, а он засмеялся как-то нехорошо и сказал: «Живу я там.» У меня аж мурашки по коже».
«Ну и что? Отвезли вы его на кладбище?»

«Конечно, а что мне оставалось делать? Отвез. Он расплатился, вышел из машины и направился прямо вглубь. Мне аж как-то не по себе стало. Почему-то выражение «живой труп» пришло на ум. Я сразу сорвался с места и уехал».
Марина дрожала мелкой дрожью, Владимир накрыл ее ладонь своей.
«Извините, но мне надо задать ему еще несколько вопросов. Вы можете пока проветриться, если это необходимо», - сказал ей Андрианов.
Марина встала и вышла в туалет. Она не могла сдержать слез, которые градом катились у нее из глаз, и в туалете она дала им волю. Она плакала навзрыд и вытирала платком подтекающую тушь. Беседа с таксистом была выше ее сил, к таким испытаниям она была морально не готова.

Как только Марина вышла из-за стола, Николай наклонился к Андрианову и быстро заговорил:
«Это она была. Эта женщина вчера бежала ему навстречу. Я узнал ее, но не стал говорить при ней».
«Так. Понятно. А его вы узнаете?» - и Владимир быстро показал водит��лю два снимка Сергея: в фас и в профиль.
«Трудно сказать, хотя вот в этом что-то есть. Я же его больше сбоку видел».
«Значит, в профиль похож?»
«Да вроде…»
«Откуда у вас эти фотографии?» – вдруг спросила Марина, тихо и незаметно подойдя к столу.

«Компьютерные копии. Я нашел их на сайте фирмы Сергея Константиновича, точнее, вот эту, а профиль компьютер уже сам изобразил», – ответил Андрианов.
«У него подбородок был немного тяжелее», – резюмировала Марина.
«Ну а вот Николай этого не заметил, не так ли? Ну да ладно, не беда. Спасибо вам большое, вы нам очень помогли. До свидания», – сказал Владимир и протянул таксисту руку. Тот попрощался и ушел. Марина без сил опустилась на стул. На нее было страшно смотреть.
«Да, туман не рассеивается. Я, честно говоря, ожидал всего, чего угодно, только не этого. Ну что ж, будем думать дальше. Найдем мы этого любителя страшилок, не волнуйтесь, Марина Евгеньевна».
«Конечно, не буду. Пойду в танцевальный зал схожу, рок-энд-ролл потанцую, чего волноваться-то?»
Повисло молчание.

«Отвезите меня домой пожалуйста», – наконец сказала она, и Владимир быстро согласился.
«Вас проводить до дверей?» – спросил он, остановив машину во дворе.
«Нет, спасибо, я в порядке. Не волнуйтесь. Жду известий. Всего доброго».
Слава богу, Вадим был дома. По дому носился аромат запекающейся в духовке курицы. Вадим обожал готовить. Правда, пирогов не пек, но ужины зачастую готовил сам, что вполне устраивало Марину. Пожалуй, надоело бы заниматься готовкой ежедневно, а так получалось вполне нормально: то она, то Вадим. Никто не в претензии.

Сын встретил ее в холле. По заплаканным глазам и мрачному выражению лица Вадим понял, что дела шли неважно, но расспрашивать не стал.
«Мам, ты отдыхай. Я позову тебя к столу. Расскажешь мне все, когда сможешь, хорошо?»
«Спасибо, Вадим», – только и сказала Марина и ушла к себе.
За ужином Вадим предложил хорошего белого вина, Марина не отказалась. Ужин был необыкновенно вкусным: курица, жареные грибы, отварной картофель. Марина знала, что Вадим старался для нее и была ему за это благодарна.
«Мама, ты не возражаешь, если я в субботу Веронику приглашу? Хочу тебя познакомить», - спросил Вадим как бы между прочим.

«Да нет, в принципе. Только не обещаю быть красивой и счастливой. Сам понимаешь. А что, у вас это все серьезно? Ты нашел нужного человека?»
«Мам, ну это уж очень конкретно. Да, мне нравится девушка, мне с ней интересно. Умная, интеллигентная… Ну увидишь, чего я тебе рассказываю. Сама все оценишь».
«Ты меня как на пушной аукцион приглашаешь: увидишь, оценишь. Ладно, не обижайся. Приводи свою Веронику-Эвридику. Думаю, обойдемся чаепитием на первый раз?»
«Не волнуйся об этом. Ты только прояви интерес и участие в разговоре, я тебя очень прошу. Кстати, она не знает ничего о наших проблемах. Я ее не посвящал».

«Ну еще бы! Надеюсь», – сказала уставшая и разомлевшая от вина Марина.
Она чувствовала себя скверно. Ей очень хотелось рассказать Вадиму о сегодняшней встрече, но у нее не было сил. Но Вадим все же спросил:
«Ну что сегодня? Как прошла встреча, что нового?»
«Вадим, я не могу даже думать об этом. Ты не поверишь, таксист отвез вчера этого призрака… на кладбище. Это после шести часов вечера».
«Зачем?!»
«А я откуда знаю? Когда таксист задал ему этот вопрос, он сказал, что живет здесь. К тому же, таксист узнал его по фотографии Сергея. Что хочешь, то и думай».
«Бред, бред!! У отца не было брата? Может, мы просто не знали, а сейчас он объявился и водит нас за нос? Но с какой целью?»
«Знаешь, как таксист назвал его? Живой труп. Такое именно выражение ему пришло на ум, когда его пассажир удалялся вглубь кладбища. Я сойду с ума, это точно».

«Мама, я прошу тебя, смирись с мыслью, что это фальсификация. Все раскроется, и ты убедишься в этом. Не терзай себя. Ты ведь у меня человек здравомыслящий. Может, тебе уехать куда-нибудь на время? Расстроить планы этого ублюдка. Не будет же он меня пытаться запугать. А если будет, вот я ему и устрою».
«Прекрати. Этого еще только не хватало. Даже не вздумай. Вдруг это маньяк какой-нибудь? Он ведь ни перед чем не остановится».
«Ага, значит признаешь, что это человек, раз называешь его маньяком».
«А что, от этого легче? По-твоему преследования маньяка намного лучше, чем привидения?»
«Да, ты права, не лучше. Но его хоть поймать можно, и поймают. Лев Георгиевич настроен очень решительно».

Конец недели выдался холодным и дождливым. Промозглая погода с низким серым небом и слякотью под ногами превращала хорошее настроение в плохое, а плохое – в депрессию. В пятницу утром позвонил Андрианов. Он осведомился о Маринином самочувствии и сказал, что два дня на кладбище дежурил Александр Сорокин в надежде встретить там загадочного пассажира в черном пальто и черной шляпе, но не встретил. Но зато за кладбищенским гаражом он нашел старый, изрядно износившийся микроавтобус. По описанию он был похож на тот, который Марина видела ночью из окна. Основной приметой была темная широкая полоса вдоль всего автобуса, Марина это подтвердила.

Автобус этот был арендован на два дня, на вторник и среду. Как раз в эту ночь, между вторником и средой, он и приезжал во двор Марины. Арендовал автобус директор фирмы «Европейская мода» Сергей Константинович Самойлов. Фирма таковая в городе не зарегистрирована, счетов в банках не имеет, но в налоговом управлении есть документы, свидетельствующие о том, что фирма под таким названием готовилась к открытию и регистрации. Адрес фирмы – поселок Порядково, то есть там, где и находится городское кладбище. В самом поселке, естественно, ни о какой фирме не слышали, и никаких бизнесменов там никогда не появлялось. Маленький населенный пункт, автобусная остановка, магазин, библиотека, а за холмами – кладбище. И еще - заведующий гаражом узнал по фотографии человека, который этот автобус арендовал. На вопрос «Зачем вы его арендуете?» мужчина ответил:
«На свидание поеду».

Вот пока и все. Замкнулся очередной круг. Марина выслушала информацию довольно равнодушно и попросила в следующий раз звонить Льву Георгиевичу.
«Я рада вам помочь, Владимир Яковлевич, если будет что-то существенное, и вам понадобится моя помощь. А такие подробности, безрезультатные, я бы сказала, меня не интересуют. Простите».
Марина повесила трубку и разозлилась. Ее раздражало все происходящее. Никакого просвета, одна мышиная возня, суета и видимость бурной деятельности. Но она понимала, что выбора у нее нет. Единственное сыскное агентство в городе, а в милицию с этим не пойдешь. Ничего преступного не совершено, ловить и искать некого. Призраки вне закона.
Марине не сиделось дома. Завтра суббота. Она вспомнила, что Вадим пригласил Веронику и решила сходить в парикмахерскую, пора бы уже, а заодно и в кондитерскую «Бисквиты» за тортом к чаю.

«Хотя девушка ведь спортом занимается, плавает. Должно быть, следит за своей фигурой», – подумала Марина, но от идеи покупки торта не отказалась.
На следующий день Вадим поднялся довольно рано. Легкая зарядка, легкая уборка, душ, завтрак. Хорошее настроение подбадривало его, он был явно рад сегодняшней встрече с Вероникой. Марине тоже передался его настрой, и она чувствовала себя вполне сносно, хотя до хорошего настроения ее состояние и самочувствие никак не дотягивали.
«Ну ладно, мам, я пошел. Мы встречаемся в двенадцать и, думаю, пойдем пообедаем куда-нибудь, а часам к трем придем домой к чаю, хорошо?» – спросил Вадим, положив матери руки на плечи и заглядывая в глаза.
«Хорошо. Торт я купила, твой любимый, клубничный со взбитым кремом. Есть коробка конфет, лимон, шоколад. Давайте, приходите. Жду». Она чмокнула сына в щеку, и он убежал.

Марина решила поговорить со Львом, спросить, есть ли какие-нибудь новости. На ее счастье он оказался дома и сам взял трубку.
«Марина, доброе утро. Я как раз хотел тебе звонить. Я знаю, что ты разговаривала с Андриановым. Пока ему никак не удается вычислить владельца факса, с которго были отправлены эти записки. Там какая-то неувязка и путаница с номером. Еще он запросил у меня список людей, которые непосредственно занимались похоронными процедурами. Я ему дал, но не понимаю, что это может прояснить».

«Действительно, что? Он, похоже, подозревает, что кто-то из сотрудников вашей фирмы замешан в этом деле».
«Марина, ты не могла бы мне подробно описать внешность человека, принесшего тебе домой костюм Сергея?»
«Ну такой высокий, темноволосый, симпатичный, хорошего телосложения, лет сорока – сорока пяти, но ничего особо запоминающегося типа рыжих усов, заячей губы или ямочки на подбородке у него не было. Извини».
«Ну и ты его раньше, естественно, не встречала и знакомым он тебе не показался?»
«Нет. Хотя, если бы и встречала, то вряд ли запомнила бы. Вполне обычная внешность, ничего отличительного».

«Так, ну что ж, тогда все на этот раз. Они продолжают работать, но ты не волнуйся. Платим мы им исправно и не остановимся до тех пор, пока все не будет раскрыто. Обещаю. Ну пока. Звони, если что».
«До свидания, Лев. Ты тоже не пропадай». Опять пустые хлопоты и легкое разочарование.
Марина стала готовиться к встрече с Вероникой. Она сделала макияж, красиво причесалась и выбрала наряд. Решила надеть бирюзовое платье, оно было очень элегантным и освежало ее. Затем приготовила стол, накрыв его своей любимой голубой скатертью, решив, что белая – это слишком торжественно, для семейного чаепития больше подойдет нейтральная. К тому же голубой китайский фарфор смотрелся на ней как нельзя лучше. Когда все было готово, раздался звонок в дверь, открыв которую, Марина слегка опешила.

Девушка оказалась совсем некрасивой. Высокая, худая и нескладная, с вытянутым лицом. Она держала Вадима под руку и улыбалась, обнажая, правда, ровные белые зубы. Бровей и ресниц у нее как будто не было, а глаза, губы, волосы – все было одного цвета, какого-то неопределенного, пепельно-пегого.
«Здравствуйте, Марина Евгеньевна. Я Вероника, Вероника Томилина», - сказала девушка удивительно приятным голосом и протянула руку.
«Здравствуйте. Проходите пожалуйста», – ответила Марина, не найдя в себе сил сказать обычное в этих случаях «очень приятно».
Она была более, чем раздосадована. Почему-то Вероника представлялась ей красивой брюнеткой с длинными блестящими волосами, спортивной фигурой и красивыми ногами. И, хотя внешность не так уж важна, Марина понимала это, но тем не менее, не одобряла выбор сына в душе. Уж слишком глубоко было ее разочарование. Вероника тем не менее, быстро сняв плащ и подав его Вадиму, стала снимать сапоги.

«Ее ноги в сапогах, как ложки в стакане», – мелькнуло у Марины в голове, и она еще больше расстроилась, увидев, как убого смотрится Вероника в темно-вишневом платье-джерси, висящем у нее на плечах, как на вешалке.
Разговор за столом почему-то тоже не клеился, наверное, по той же причине полного неприятия Мариной этой некрасивой девицы, с которой ее сын выглядел почему-то таким счастливым. Он говорил без умолку. Марина во время разговора отделывалась вежливыми «да» и «нет», где это было необходимо. Вероника наоборот старалась всячески поддерживать разговор. Она была неглупа, хорошо начитана и достаточно тактична.
«Ну что ж, хоть этот плюс», – подумала Марина и, извинившись, ушла к себе, когда чаепитие было закончено.
Она и не заметила, как тут же задремала, уставшая и недовольная собой и Вадимом.
«Мама, можно к тебе на минутку?» – услышала Марина голос Вадима сквозь дрему.
«Да, заходи. Ты уже один, Вероника ушла?» – спросила она с надеждой в голосе.
«Ушла, точнее, я проводил ее. Мама, неужели она тебе не понравилась?» – спросил Вадим, глядя на мать недоуменным взглядом и пожимая плечами.
«Вадим, что ты имеешь в виду, внешность? Так это дело вкуса, так что оставим это. А все остальное, ну, скажем так, обычное, могло бы быть и хуже».
«Нет, это не ответ».
«Извини, Вадим, но я не в восторге».
«А кого ты хотела бы увидеть рядом со мной? Зосю Зеленскую, пустоголовую красавицу из журнала мод?»

«Не смей! Зося намного старше тебя, и она жена нашего лучшего друга. Ты не имеешь права говорить так о ней за глаза. Во-первых, это не по-мужски, а во-вторых…»
«Что «во-вторых», мама?! Вероника – замечательная, интересная девушка. С ней можно говорить о чем угодно. У нее прекрасный характер, и к тому же, она хороший друг».
«Дай бог. В этом я не вижу ничего плохого. Но девушка должна иметь элементарное представление об эстетике, вкусе и имидже. И если она этим пренебрегает, то совсем не обязательно, что она будет нравиться всем без исключения только благодаря своей начитанности и эрудиции».
Вадим вышел и закрыл за собой дверь. Марина пожалела, что говорила на слегка повышенных тонах. Она безумно любила своего сына, она считала его чуть ли не эталоном. Молодой красивый мужчина со сформировавшимся характером и светлой умной головой на плечах. Естественно, ей хотелось ему достойную пару. Но что делать, эту пару сыновья обычно выбирают сами, на свой вкус и по своему усмотрению. С этим надо было примириться, и Марина была готова к этому.

В конце концов, что для нее важнее, ее амбиции или душевный комфорт ее сына? Он счастлив, влюблен (?), к тому же не просто ослеплен какой-то красоткой, а вполне сознательно выбрал себе девушку, основываясь не на внешних критериях, а на уме, эрудиции и других, заслуживающих уважения качествах. Да и потом, Марина сможет ведь ей помочь преобразить ее некрасивую внешность. Во всяком случае, лицо. С фигурой-то вряд ли что-то можно сделать при полном ее отсутствии.
«Интересно, как она смотрится в купальнике, такая худая и костлявая?» – опять подумалось Марине, и она укорила себя за это.
Она много думала в этот вечер и пыталась настроить себя на положительный лад. Она отдавала себе отчет в том, что прошли и канули в лету те времена, когда родители навязывали детям свою волю и подбирали им достойную, с их точки зрения, пару. И ведь речь не идет пока о женитьбе, чего паниковать? Сын нашел себе подругу, ну и хорошо. Конечно, Марина понимала, что дело осложнится, если они решат-таки пожениться, и Вадим приведет ее в дом.
«Вряд ли я смогу физически полюбить ее,» - думала Марина, - «Не смогла же я научиться шить или водить машину. А ведь очень хотела, очень старалась».

Марина вспомнила, как Сергей сделал ей подарок и купил на сороколетний юбилей «Форд-фиесту», маленькую элегантную машинку цвета «белая акация», которую впоследствии пришлось продать. Она так и не научилась ее водить, хотя Сергей отыскивал для жены самых лучших в городе инструкторов. Сменив троих, Марина решила отказаться от этой затеи. Она не смогла перешагнуть психологический барьер, панически боясь разбиться. Этот страх буквально парализовывал ее, не давая возможности расслабиться и брать уроки вождения.Конечно, это были несравнимые вещи, полюбить человека и научиться водить машину. Но их объединяло одно: можно было одинаково не смочь сделать и то, и другое. С такими невеселыми мыслями Марина и заснула неглубоким тревожным сном, к котрому она уже привыкла за последнее время.

Марина и Вадим больше не говорили о Веронике, и она в их доме не появлялась. Но мать знала наверняка, что они продолжают встречаться. Прошло примерно десять дней после знакомства с Вероникой. В глубине души Марина чувствовала себя немного виноватой перед Вадимом, но он не выражал ни обиды, ни огорчения, и она была ему благодарна.
У Марины Самойловой было много дел в фирме. Она любила быть занятой на работе. Сотрудники очень обрадовались ее появлению, так как при ней строгая Наталья Аркадьевна немного смягчалась, что положительно сказывалось на психологическом климате коллектива. От Андрианова никаких новостей не было, и все по-тихоньку вставало на свои места. Так казалось Марине, уставшей от страха и разочарований.

 

Продолжение следует

 

Лариса Джейкман
(Англия, Hampshire)

Книги Ларисы Джейкман можно найти здесь

Предыдущие главы этой повести:

 

Об авторе и другие произведения Ларисы Джейкман

 

Отзывы и комментарии направляйте на адрес редакции

Опубликовано в женском журнале Russian Woman Journal www.russianwomanjournal.com - 12 Октября 2009

Рубрика:  Романтика и мир женшины

 

Уважаемые Гости Журнала!

Присылайте свои письма, отзывы, вопросы, и пожелания по адресу
 lana@russianwomanjournal.com

Rattenburg
Путешествия по 
Австрии
Ольга Борн
Средневековый дух Раттенберга
..обладающий титулом самого маленького города Австрии. ..


1000 нужных ссылок | Site map | Legal Disclaimer | Для авторов