logo
Russian Woman Journal
www.russianwomanjournal.com
Романтика
15 Января 2013, Вторник
Елена Ведекинд
(США, Мэриленд)

   Диалог одной ночи

Предыдущий рассказ Елены Ведекинд :

I

salsaДо сих пор, когда вижу высоких черных парней в кепке и очках, мое сердце вздрагивает, мне кажется, это он. Он - это Джои, с которым нас случайно свела судьба в одном из клубов Балтимора. Я активно участвовала во всевозможных вечеринках салсы, на которых зачастую танцуют не только салсу, но еще задорный танец меренге, романтическую бачату и стильную ча-ча-ча, когда меня занесло на вечер бачаты в S&J Crab Ranch прошлой весной.

Одну бачату танцевать сложно, это медленный танец, и для него нужно особенное настроение. Многие мужчины его любят, потому что это им дает возможность быть ближе к партнерше, и движения там построены на повторении, а не всевозможных комбинациях, которыми отличается салса, и которую надо уметь танцевать. Я к бачате всегда относилась настороженно, потому что для меня важна техника в танце, и чем она отточеннее, тем мне проще следовать за партнером. Поэтому в тот вечер я не столько танцевала, сколько знакомилась и общалась с разнообразным народом.

Наряд у меня был достаточно смелый для моего положения и возраста – шортики и футболка в сочетании с танцевальными туфлями на среднем каблуке - но как выяснилось потом, это был как раз тот фактор, который сыграл роль в привлечении внимания Джои. О чем он мне и сказал через несколько дней в другом клубе, Канкун Кантина, куда я пришла в воскресенье вечером отмечать свой собственный день рождения по приглашению моих новых друзей по салсе. Сюзан, шустрая веселая американочка, купила за свой счет торт и воздушные шары, пригласила других знакомых, и вечер проходил весело и беззаботно, всегда приятно оказываться в центре внимания. Я не столько танцевала, сколько бегала разносила кусочки торта, угощала всех, кто попадался на пути.

Это была середина марта, на улице стояла весна, но в клубе было темно, горели огни, там всегда такое ощущение, что время останавливается. В какой-то момент я пошла к бару чтобы взять привычный ром с кока-колой. Высокий, симпатичный афро-американец в кепке и очках стоял у барной стойки, вальяжно облокотившись, он свысока посматривал на клубную суету. – Хей, как поживаешь? Спросила я. – Привет, привет, - ответил он, внимательно на меня посматривая сквозь стеклышки очков. – А не ты ли это была в оранжевых в шортиках в четверг в S&J Crab Ranch? – Да, я, а что? Я не помню, чтобы я тебя там видела, - удивилась я. Не заметить его было просто невозможно, настолько он выделялся из толпы, а может быть я была просто занята болтовней и флиртом с другими, на салса вечерах всегда есть с кем провести время, мужчины или женщины. – Пошли танцевать, - предложил мой новый знакомый, и мы пошли танцевать салсу. Вел он очень хорошо, в нем была особенная внимательность к партнерше, когда чуствовалось, что он танцует именно с тобой, а не с кем-то воображаемым, или еще хуже, сам с собой, что не так уж редко встречается среди партнеров.

Отличительная особенность хорошего партнера, когда при нем чувствуешь себя легко, когда движения отражают внутренниее отношение женщины к мужчине, это твой способ показать себя, насколько ты хороша, женственна, грациозна. Пусть на несколько минут, пока длится музыка, но у тебя есть шанс продемонстрировать, что значит быть любимой, свободной, обожаемой женщиной. Джои умел танцевать именно так. Я физически чуствовала его внимание, от него исходила какая-то особая сладость, которую хотелось пить как нектар, моля, чтобы музыка не кончалась. Но мои обязанности именниницы звали, надо было бежать задувать свечи, оказывать другим гостям внимание, танцевать с другими. И в какой-то момент, оглянувшись, я увидела, что моего нового знакомого и след простыл, будто его и не было. Подивившись его исчезновению, я стала прощаться с друзьями, пора было ехать домой.

На следующий день, в понедельник, я отправилась с русской подружкой Наташей в Талару, ресторанчик, находящийся в центре Балтимора недалеко от Иннер Харбор на Президент Стрит. Мы кружили по ночным близлежащим улочках, пытаясь найти парковочное место, Наташа была за рулем, она волновалась, сможет ли она правильно припарковаться. Когда мы наконец-то пристроили ее Хондай, и выйдя из машины, направились в сторону ресторана, я получила смс-ку от Сюзан, которая просила от лица ее подруги, француженки Натали, если я увижу Джои, попросить у него номер его телефона. На что я очень сильно удивилась, во-первых, не ожидая его увидеть в этот вечер, во-вторых, с чего они решили, что у меня с ним какие-то особые отношения. Наташа пошла на урок салсы для новичков, а я присела у бара и стала весело щебетать со знакомыми, молоденькой американочкой Челси и ее приятелем-итальянцем Ринальдо, я давно уже перешла на тот уровень, когда мне достаточно просто принять чье-то приглашение и начать танцевать.

Народ прибывал, всем были в приподнятом настроении, заказывали дринки, и по дружбе Ринальдо купил мне сангрию, сладкое южно-американское вино. За спинами других, толпившихся у бара, я разглядела Джои сразу. Возвышаясь над другими, он выделялся не столько ростом, а своей комплекцией, будто весь ресторан принадлежал ему, настолько у него был уверенный, хозяйский вид, и он зашел в зал, чтобы просто пообщаться с клиентами. – Коньяк, пожалуйста, - кивнул он бармену. Что было удивительно, не такой уж популярный напиток среди американского населения. Танцевать было негде, народу было слишком много для маленького ресторанчика, в котором сдвигали столы и освобождали центр зала, прямо перед баром.

Пробравшись сквозь толпу, Джои приблизился ко мне, но диалог не складывался, все толкались, шумели, танцевали. Наташу кто-то увлек, и она пропала из поля зрения. Салса не складывалась, места было мало, но для бачаты было самое то, можно было наконец-то заговорить. – Слушай, тобой кое-кто заинтересовался, - когда наконец-то я оказалась в его сильных руках, ведущих мягко, плавно. – Кто? Ты? – Нет, - засмеялась я. – У меня нет интереса. – Но тогда кто же? – Стройная блондинка с прошлой ночи в Канкун Кантине. – А я думал, ты... – разочарованно протянул Джои. Было удивительно видеть его расстроенное лицо, при его росте и положении. Шаг, шаг, поворот. Толпа нас прижимала все теснее друг к другу. – Можешь дать свой телефон? – спросила я. – А что, если я хочу позвонить тебе?

Он внимательно взглянул мне в глаза. Бачата всегда располагает к романтическим разговорам, можно растянуть диалог, перемежая короткие фразы с простыми движениями. – Ну хорошо, если я тебе дам свой телефон, обещаешь позвонить? – Обещаю, - сказал он. Тут появилась Наташа, надо было уходить. – Дай мне, пожалуйста, ручку, - попросила я у подруги, написала номер на салфетке и протянула Джои. Он бережно сложил салфетку и положил ее в карман брюк. Мы вышли на улицу, в ночную свежесть, и тут Наташа воскликнула: - Нет, ты видела, как он на меня зыркнул! Не хотел тебя отпускать! – Да ладно тебе, он все равно не мой тип, - засмеялась я, и мы пошли к ее машине.

Джои позвонил через пару дней. Сообщения он не оставил, но я знала, что это он. Перезвонив ему, я знала, что он не уверен в том, что происходит, а у меня уверенности в том, что мне это надо, тоже не было. Мы обменялись незначительным диалогом, после которого у меня сложилось впечатление, что он не готов ни к каким отношениям. О чем я так и сказала Натали, умолчав о том, что телефонами мы с ним обменялись. Мужским доверием надо дорожить. Приближалась Пасха, и как-то в субботу вечером Джои позвонил и спросил, что я делаю. – Ничего особенного, - лениво протянула я. – Не хочешь ли съездить на дринк? Время было почти десять. – Ну если ты заедешь за мной, то тогда может быть...

На самом деле ехать никуда не хотелось, но раз зовут, надо ехать, не только мужским доверием, но и вниманием разбрасываться в моем возрасте и положении не стоило. Ехал Джои очень долго, где он плутал, было непонятно, находили меня обычно все достаточно легко, да и GPS у него в машине, обычном траке, была. Приехали мы в Outback, австралийский ресторан, поздно, перед самым закрытием, и сорок минут, проведенные за разговорами о том – о сем, пролетели незаметно. Больше всего меня удивлял факт, что имея навигационную систему, он не мог меня найти. Он задавал какие-то вопросы о России, говорил, что много ездил по работе, а у него был свой бизнес, в котором он был связан с правительством. Мягкий, улыбчивый, он располагал к себе, хотелось к нему прижаться, как к большому уютному медвежонку из черного плюша. Высадив меня из машины, он остался в машине и смотрел, как я иду к подъезду и открываю входную дверь. Оглянувшись, я посмотрела в сторону машины, зная, что он там и смотрит на меня...

II

Подступило лето. Салса вечеринки продолжались, каждую неделю можно было где-то танцевать. В понедельник это была Талара, во вторник Red Maple, в среду Dark Horse Saloon, в четверг Ла Палапас... Помимо ресторанов и клубов, еще устраивались так называемые meet-up встречи, места чередовались, обычно они проходили в танцевальных студиях. Towson Dance Studio находилась на отшибе, вдалеке от городского центра, но там была своя атмосфера, более профессиональная, когда проводились уроки специалистами и люди познавали секреты популярного латинского танца. Салса такой танец, в котором можно совершенствоваться бесконечно, изучая не только новые движения и повороты, но еще и оттачивая уже изученные.

Все эти cross-body leads, right and left turns, three quarters, hammerlocks, copas складывались в хитроумные комбинации, овладев которыми, можно составить выразительный танец и поразить публику. Многое зависит от лидера, которыми традиционно являются мужчины, и как было сказано одним умелым танцором, настоящий южно-американский мужчина должен уметь танцевать салсу или он не мужчина. Но учитывая, что дело происходило в Северной Америке, рассчитывать на особый колорит не приходилось, больше на удачу.

В тот вечер удача улыбнулась в лице любимого партнера – Джои. Откуда он узнавал новости про салса вечера, было непонятно, его имя не мелькало в обычных рассылках по интернету, на Фейсбуке он тоже не был замечен. Но появившись в тот вечер в танцевальной студии, он свободно здоровался с другими, танцорами старшего поколения, отличавшимися старомодными манерами к партнерше, вплоть до целования рук, чего невозможно представить среди молодежи. Только тогда я осознала, что ему уже под пятьдесят, и живет он в Балтиморе давно, это только для меня увлечение салсой было новым занятием. Сердце мое непроизвольно опустилось, когда я опять его увидела, высокого, представительного, излучающего респектабельность.

Что-то было в нем такое, что давало понять, что у него есть деньги. Но главное, это его эмоциональная сладость, тот самый нектар, который хотелось пить не останавливаясь, забывая, что есть другие люди, другие танцоры, другой мир. Мы встретились как старые друзья, нашей короткой встречи вне салсы вечеров будто и не было, я была рада его видеть. И он был рад меня видеть, представив своим приятелям, которым я строила глазки, но не испытывала ничего. Его манера танцевать была удивительной, будто он каждый раз вспоминал в чем заключается салса, но обладая природной грацией, он великолепно чувствовал музыку. Недостаток техники восполнялся четкими движениями, которые отображали рисунок каждой песни, будто он знал о чем поют по-испански, чем обычно отличались только партнеры из Южной Америки.

Каждый танец он танцевал сердцем, вкладывая свое мужское восприятие в искусство общения телом, обольщая партнерш. Как большой черный кот, он соблазнял девиц разных рас и поколений, обещая им необещанное, внушая им, что они единственные, уникальные, у них есть шанс, которого нет у других, раз он их избрал для этого танца. Протанцев с ним, каждая из них теряла голову, и мучилась потом по ночам, надеясь, что он позвонит, объявится, случится чудо, и она обретет именно с этим черным мужчиной свое женское счастье.

Я же была просто рада его видеть. Много мы не говорили, я много танцевала с разными партнерами, он больше стоял у стенки, ждал меня. Оттанцевавшись, я возвращалась к нему, обнимала его, прижималась к его большому черному телу, одетому в простые, но элегантные одежды, и слушала его бьющееся сердце. Мне было хорошо с ним... Ушел он также неожиданно, как и всегда. Вдруг пропал, когда я была занята, упустила его из внимания. И опять, как всегда при его неожиданном уходе, у меня испортилось настроение. – Нет, мне не хотелось с ним ничего, я не хочу, чтобы это свелось к обычной постели, - сказала я ему. – Мы можем встречаться, танцевать, но не более, - строго заявила я, и ушла танцевать с очередным партнером. А когда вернулась, его не было.

Вечера салсы в клубе Гавана проводились и раньше. Но тем летом произошла переорганизация, и пятница стала официальным днем для салсы. Стильный, модный клуб для людей со вкусом к хорошей кухне, напиткам и сигарам, был популярным местом отдыха для многих в течении десятилетий. Затем в Мэриленде ввели закон по которому запрещалось курить в публичных местах, включая бары и рестораны, и клуб стал терять популярность.

Конкуренция в этой среде огромная, близость к Вашингтону, где было достаточно много своих клубов, растущее количество новых мест, где можно было предаться соблазнительному латинскому веянию, не способствовали притоку клиентов. Но клуб прочно обосновался в самом центре Балтимора, вход до десяти был бесплатный, и самое главное, при нем существовала дешевая valet-parking. Всего лишь надо было возродить танцевальную традицию, и не было ничего лучше, как устроить официальные вечера салсы по пятницам, в конце рабочей недели, когда все жаждали поехать куда-то отдохнуть и повеселиться после трудовой недели. Отдав машину парнишкам-парковщикам, одетым в красные фартуки, вознесясь на третий этаж в лифте, в котором играла музыка, ты оказывался в клубе с приглушенным светом, с картинами, на которых были изображены мужчины кубинского типа с сигарами и женщины в красных платьях, с баром в центре зала, танцполом в центре, и уютными кожаными диванами у дальних стен.

Там можно было не только танцевать, но и сидеть за баром, разглядывая нарядные бутылки со всевозможными винами и не только, или, развалившись на диване, обнимать подружку. Пятничные вечера тут же приобрели популярность, и я стала наведываться в Гавану практически каждую неделю. Обнаружив коктейль Хемингуей, в котором были намешаны разные сорта рома, я еще больше прониклась духом Гаваны, мне этот клуб стал практически вторым домом, где можно было хорошо отдохнуть, натанцеваться, пообщаться с друзьями. Удивляло меня только то, что не все знали, кто такой американский писатель Хемингуей... Но помня выражение «потерянное поколение» я делала скидку на балтиморскую публику, весьма разношерстную, из разных стран и культур, разных поколений, разных рас... Нас всех объединяла салса, мы все были нарядно одеты и мы все ждали пятницу, чтобы пойти в Гавану.

Именно для Гаваны береглись особые наряды. Выйдя из лифта в черном с серебрянными цветами платье, подчеркивающем фигуру, с прической, уложенной для этого вечера, я не особо удивилась, когда увидела Джои, сидящего у бара, перед ним стояла тарелка с едой и пиво. – Как ты хорошо выглядишь! Воскликнул он, вставая со своего места. Присев на высокий барный стул, я заложила ногу на ногу и улыбнулась ему как старому другу. – Как насчет сангрии? Спросила я. – С удовольствием, - сказал он, - заказывай, я оплачу. – Почему я должна сама себе заказывать? – удивилась я. – Ты закажи сам. Джои неловко повернулся к бармену, тот суетливо бегал от клиента к клиенту, бар был облеплен посетителями. Вечер только начинался, а клуб был уже полон... Танцевать умели многие, и танцпол заполнился быстро. Женщины в нарядных платьях и туфлях покачивали бедрами в такт музыки, мужчины в красивых рубашках кружились вокруг них. Мне же хотелось сидеть и смотреть на пеструю публику, иногда было просто приятно не танцевать.

Особенно когда рядом с тобой находился тот, к которому у тебя лежало сердце, даже не взирая на то, что вас ничего не объединяло. Джои положил салфетку на барную стойку и пошел танцевать с какой-то красивой черной женщиной. Вернулись они запыхавшиеся, это была быстрая салса, и она потянулась по ошибке к его пиву, но обнаружив свою ошибку, смущенно засмеялась и поставила его обратно. Джои хмыкнул, проговорив что-то типа того, что у него почти украли его пиво. «Похоже, он мало кому доверяет», мелькнула у меня мысль. Но мне, нарядной и довольной вечером, было не до строгой оценки окружающих. Джои пошел танцевать опять, выбор партнерш был хороший, он купался во внимании женщин... Его салфетка оставалась лежать на стойке бара. Я оставалась сидеть.

Мне не нужно было внимание других партнеров, мне нужен был Джои. Я верно ждала его, сидя у бара, попивая ставшую безвкусной сангрию, утерявшую свой фруктовый привкус, и все больше подумывала о более крепком Хэмингуее. Писатель знал вкус не только к жизни, но и смерти, всему рано или поздно наступал конец. До конца вечера было еще далеко, праздник был в разгаре, но чувства уже притупились, все предвещало скорое расставание. «Ну возвращайся же, я же жду тебя, как всегда ждала», думала я, пытаясь разглядеть высокую знакомую фигуру за танцующими парами. Но он танцевал в дальнем углу, флиртуя, соблазняя других женщин, оставив меня одну.

Я взяла салфетку в руки, мягкая белая ткань легко мялась, едва сохраняя тепло и запах его рук. «Украсть ли ее», мелькнула шальная мысль, но я тут же отмела ее, положила назад на стойку бара, она принадлежала клубу. Разочарованно поднявшись с места, я покинула Гавану, едва кивая на прощание знакомым, которые улыбались и удивлялись, что случилось, почему я ухожу так рано. Выйдя на улицу, отдав талончик парнишкам-парковщикам, я курила в ожидании своей машины и думала о том, как нам всем важны иллюзии, и что мы готовы сделать для того, чтобы эти иллюзии сделать реальностью.

Теплая летняя ночь обдавала обволакивала балтиморской влажностью, залив находился недалеко. «У нас нет шанса, мы слишком разные, да и никогда я ничего от него не ждала», думала я. Редкие встречи, еще редкие звонки не оставляли никакой надежды. Он просто уходил в ночь без прощания, без даже намека на то, что у нас есть хоть какой-то шанс. Наступала моя очередь уйти, забрав свое сердце с собой, не оставляя никакой надежды на то, что это связь может иметь хоть какое-то продолжение. Подали мою машину, новенькую Мазду, которую я купила незадолго до этого. Парнишка в красном фартуке попридержал дверцу, пока я усаживалась на водительское сиденье, и, пожелав мне спокойной ночи, захлопнул ее. Я повернула ключ зажигания и, тронув педаль газа, поехала домой.

III

Я продолжала активно участвовать в жизни салса коммюнити, но Джои я так больше и не видела. Телефон его я удалила, устав ожидать от него звонка, а потом еще и поменяла телефон. Урок за уроком, вечер за вечером, я стала про него забывать. У меня сложились теплые отношения с группой женщин моего возраста, мы все чаще проводили время вместе, празднуя дни рождения, участвуя в разных мероприятиях. В этой среде редко встречались женатые пары, в основном это были холостяки, у кой-кого были бойфренды, кто-то был в поиске, одна я никого не искала.

У меня появилось несколько постоянных поклонников, которые поздравляли меня с праздниками, изредка выводили в рестораны, танцуя со мной каждый раз, когда я появлялась на салса вечерах. Но ни к кому из них, симпатичных, образованных, порядочных парней, у меня не лежало сердце. Они все были рядовыми партнерами по салсе, которых можно было практически увидеть на каждом вечере, и никаких романтических чувств ни к кому не возникало. Чувства возникали, надежды продолжались, иногда наступало ощущение счастья, но потом они так же уходили, растворялись в ночи после вечеров, и наступали рабочие дни.

Мне было хорошо и одной, благо двери Гаваны были открыты каждую пятницу, Талара каждый понедельник, а Канкун Кантина каждое воскресенье, не говоря уже о других местах. Я перестала надеяться увидеть его, сердце уже ничего не ждало, жизнь продолжалась, и неделя за неделей год неумолимо приближался к его концу. Только осталась какая-то тоска в сердце, что может быть зря я отказала ему, тем самым потеряв его, утратив всякую связь. Даже проведя с ним одну ночь, у меня бы осталось физическое доказательство его присутствия, пусть со временем растворившемся, затянувшимся неизбежной рутиной, но это была бы наша с ним ночь. Было чувство, что я что-то навсегда утеряла. «Если я увижу его еще раз, то уже сделаю все, чтобы не отпустить его», пообещала я сама себе и благополучно забыла эту историю.

Почему-то именно в Канкун Кантине праздновались все праздники. Там была какая-то особая, домашняя атмосфера, клуба не только танцевального, но и клуба, где встречаются друзья. Находившийся недалеко от аэропорта, на пересечении главных дорог, этот клуб привлекал все возраста. В основном там танцевали кантри, был еще зал современной музыки для молодежи, но по воскресеньям приходили те, кто любил салсу, и в основном это все-таки были люди постарше. Иногда клуб был полон, иногда пустовал, но всегда было несколько человек, которые не пропускали ни одно воскресенье, их называли regulars. Чем и была хороша Канкун Кантина, что знал, что можно всегда встретить кого-то из знакомых, и вход туда был дешевый для женщин, в цену входного билета включались напитки, которые можно было брать в неограниченном количестве.

Несмотря на это, я все-таки оставалась верной Гаване, там был уровень повыше, музыка лучше, и партнеров, которые умели танцевать салсу, больше. Перед рождественскими праздниками наступал самый пик салса вечеров. Каждый клуб старался что-то организовать интересное, привлечь как можно больше танцоров. Маскарады, тематические вечера шли чередой. Нам же, компании друзей, надо было решить, где нам встретиться, чтобы узким кругом отметить наступающий праздник и обменяться традиционными подарками. Дата переносилась несколько раз, все были заняты подготовкой к празднику, и наконец-то мы договорились на воскресенье за две недели до Рождества. Купив подарок, я была в предвкушении вечера, он обещал быть интересным и насыщенным. Гавана Гаваной, но там не было той интимной обстановки как в Канкун Кантине.

Приготовив наряд в рождественской теме, я заворачивала подарок, когда получила смс-ку от Сюзан, которая срочно сообщала, что вечер отменяется. Сердце мое упало, но зная, что там все-таки кто-то будет, я решила-таки отправиться в клуб. Пусть будет, как будет, решила я. Дело не в танцах и обмене подарками, а в нашей традиции собираться друзьями. Кто-то же должен поддерживать традицию, и я отправилась в клуб.
Парковка была пустой и грустной. Несколько машин скромно стояли у самого входа, искусственные пальмы, украшенные лампочками, создавали иллюзорное ощущение экзотического места, которое на самом деле днем выглядело ничем не примечательным серым зданием. Нацепив шапку Санта-Клауса, я вошла в клуб, заплатила за вход и прошла в зал. Две пары танцевали, еще несколько человек сидело возле бара. Кивнув знакомым, я достала свой подарок, положила на декоративную бочку, служившую вместо столика, и пошла за ромом с кока-колой.

У дальнего конца бара стоял Джои. Я не успела ему кивнуть головой, как подошли мои подруги по салсе, мы обнялись и грустно обменялись поздравлениями, увы, не всегда возможно всех собрать в одно время в одном месте. Выразив свою признательность тем, кто все-таки пришел, я пошла приветствовать того, кого я не видела с лета. – Привет, как дела? Джои был рад меня видеть. – Привет, хорошо. Как ты? Я чуствовала себя слегка сбитой с толку, было такое ощущение, что он здесь не зря, но я не понимала причину. – Чем ты занималась? – Не знаю... Много чего, работа, салса, поездки. А ты? – В основном занят бизнесом был, дела шли так себе. – А... Я протянула, и тут подбежала радостная Сюзан, она как-то быстро умела менять настроение, и потащила меня за собой.

Пусть народу было мало, но зато мы танцевали друг с другом, и упускать хорошую песню никак нельзя было. Оттанцевавшись с друзьями, я вернулась к тому, который когда дал мне надежду, а потом исчез, оставив меня с разбитым сердцем. – Пошли танцевать, - пригласил он. Ноги у меня не слушались, я следовала его рукам плохо, путаясь в движениях, мысли в голове тоже путались. «Что он здесь делает, в этом пустом клубе?» Вернувшись к подругам, я была рада, что у меня есть люди, с которыми у меня налажена связь, и на которых я могу рассчитывать, нас объединяло столько много с того момента, как мы все познакомились весной. Один из партнеров пригласил меня на меренге, и закружившись под веселую музыку, я как-то краем глаза заметила, что Натали, стройная блондинка-француженка, побежала приветствовать Джои. «А ведь он и ей внушил надежду», подумала я. «Как хорошо, что она стала дружить с Малколмом». Меренге, салса, немного бачаты, вечер, несмотря на малое количество народу, прошел удачно. Домой я ехала спокойно, хорошо, ни о чем не думая, даже не удивляясь обычному исчезновению Джои.

Это было в ноябре, когда мы ездили в La Fontaine Bleue на Пуэрто-Риканский бал, Натали тогда первый раз появилась официально с Малколмом. Мы вышли с Натали покурить на улицу и сели на лавочку. Она подобрала подол длинного красивого бального платья, и сказала: - А ты давно видела Джои? Поддувал неприятный ноябрьский ветер, и я поплотнее закуталась в шубку. – Нет, я ничего от него не слышала уже давно. – В клубе говорят, что он сноб. Она вздохнула и выпустила дым. – А я думаю, что он просто не такой как все. – Но зато он хороший танцор, а вот Малколм танцевать не умеет, хотя и очень хорошо ко мне относится. Почему-то я не удивилась, что она вдруг про него вспомнила, мы обе по нему скучали. Просто мы никогда про это не говорили. Он нам обеим внушил ложную надежду, растворившись потом в балтиморских ночах, оставив нам на двоих память о себе, которая нас и объединила. Две женщины, русская и француженка, курили и скучали по высокому, представительному, источающему нектар, неуловимому Джои.

Иллюзия праздника приближалась. Всем хотелось суеты, действия, ведь приближалась Рождество. Организаторы вечеров старались привлечь танцоров салсы уроками на хорошем уровне, приглашая инструкторов из Вашингтона, заманивая представлениями и шоу, обещая необыкновенное веселье. Те же знакомые места, но только подсвеченные ощущением праздника.

В знакомом клубе Dark Horse Saloon собирались те, кто уже знал друг друга. В этом месте была своя история, когда-то я туда пришла первый раз на вечер салсы по приглашению своей знакомой русской девушки, это было именно на Рождество в прошлом году. И хотя с той поры утекло много воды, девушка потеряла мужа, который умер от рака, переехала в Вашингтон, организацию вечеров взял на себя другой человек, память осталась. Ни на что не рассчитывая, кроме на то, что следовало ожидать – качественный урок, друзья и свое умение танцевать салсу – я отправилась в среду в Темную Лошадку. Оставив машину в гараже неподалеку, я отправилась на урок, рассчитывая освежить свои навыки и провести вечер с толком, не отвлекаясь на ненужные разговоры и ужины, сами по себе танцы давали уже многое. Везде горели елки, город был украшен огнями, ночь была праздничной.
Джои не заметить было просто нельзя. Он появился сразу после урока, когда погасили свет и началась музыка. Мои друзья сидели за столиком, но мне хотелось танцевать, благо умелых партнеров было немало. В цветастой юбке, в черной кофточке с воланами и красным искусственным цветком в волосах, я цыганкой крутилась в ритмах салсы, и знала, что он смотрит на меня. Он пришел ради меня, как когда-то. Его появление было неслучайным после нескольких месяцев исчезновения. На что он рассчитывал и что он ожидал от этого вечера, я не знала, но то, что на этот раз он не уйдет не попрощавшись, в этом я была уверена. Черный кот был хорош в своих ласках, бачату мы танцевали так, как будто уже были любовниками, я прижималась к нему, ластилась в ответ, соблазняя и увлекая.

В танцах большую роль играли навыки изображения чувств. Даже не испытывая ничего, зная технику, можно было создать иллюзию происходящей романтики. В кепке, в очках, он был моим учителем, у которого я научилась науке соблазнения. С того момента как мы познакомились, я разбила своим умением танцевать сердца многим своим партнерам, которые были не только умелыми танцорами, но и живыми мужчинами... Но еще до бачаты мы танцевали салсу, когда он был еще в куртке, свежей от декабрьского холода. – Давай ее повесим на стул, там, где висит моя шубка, - предложила я. Это было рядом со столиком, где сидели мои друзья. Все видели, что я рядом с ним, все танцы были отданы только ему, и представление мы смотрели вместе, я сидела на барном стуле, он стоял рядом, нам, как и раньше, было хорошо вдвоем. – Не уходи незамеченным, - попросила я. – К сведению принял, - улыбнулся он. Это внушало надежду, можно было спокойно танцевать и с другими партнерами.

Главное, что они все умели танцевать, а что они испытывали, и испытывали ли вообще, меня это волновало меньше всего. Главное, это был мой праздник, и уж я сделаю все для того, чтобы получить ответы на свои вопросы.
Утомившись, присев на стул, я вдруг заметила, что Джои пошел вниз по лестнице, говоря с кем-то по телефону. Сердце мое упало, праздничные огни вдруг погасли. «Неужели он способен на такое?» мелькнула мысль, и тут же пропала, когда я увидела, что его куртка на месте. Без куртки он не мог уйти в холодную декабрьскую ночь. А было уже поздно, завтра рабочий день, пора было уходить. – Ну что, мне уже пора, - появился Джои. – Мне тоже. – Я буду ждать тебя снаружи, - сказал он. – Хорошо, - ответила я и стала собираться. Переобувшись в сапоги и накинув шубку, я вышла на улицу. Джои не было.

Я разочарованно оглянулась по сторонам, пара знакомых по салсе курили тут же, у входа. – Ты в порядке? - окликнули они меня. Не успев им ответить, я тут же увидела своего приятеля, который выходил из ресторана. – Где твоя машина? Спросил он. – В гараже, пара блоков отсюда. – А моя здесь, - указал он на серебристый Мерседес. Увидев красивую спортивную машинку, я тут же забыла все свои обиды. – О, ну тогда подвези меня до гаража! - воскликнула я. Мы сели в машину, автоматически выдвинулся ремень безопасности, который я беспечно проигнорировала, ведь это здесь, рядом.
Доехав до плазы с ресторанами, рядом с которой находился гараж, я повелела ему остановиться. Припарковав машину напротив монгольского ресторана-гриля с ярко горящей вывеской, Джои вопросительно ко мне повернулся.

 – Слушай, я знаю, что у тебя ко мне что-то есть. Он кивнул головой. – Ведь ты сегодня приехал ради меня, разве не так? – Да, - ответил он. – Каждый раз, когда я вижу тебя, это будто в первый раз, - он поправил очки. Я засмеялась:– Я не знаю, что происходит, можешь застрелить меня, но я знаю, что что-то происходит. – Поцелуй меня. Джои удивился и неуверенно придвинулся. Поцелуй был недолгий, мягкие полные губы прикоснулись к моим. Но это уже было что-то. Напротив ресторана ярко светилась алюминиевая елка, рядом находилась Балтиморская алюминиевая компания, дизайн был очень необычный, но очень привлекательный. Мне стало весело. Наконец-то мы вдвоем, никого вокруг нет, только ночь. – Может куда-нибудь поедем? Я прикоснулась к его рубашке, куртка была растегнута. Он слегка отодвинулся. – Может быть в следующий раз? – Джои, я не могу ждать. Либо сегодня, либо никогда. – Почему именно сейчас? Давай лучше в следующий раз, созвонимся, поедем поужинаем. – Боже, да не нужна мне твоя еда.

Я сама могу себя сводить в ресторан, сама могу поехать в клуб. Но я не могу иметь тебя без тебя! Обиженно воскликнула я и отвернулась. “Bang-bang”, празднично переливалась вывеска. По-английски на сленге это означало сексуальный акт. - Ну как насчет этого, - я приспустила кофточку и положила его руку на свою обнаженную грудь. Его ладонь мягко обняла плоть, и черные пальцы стали медленно обводить вокруг соска. – Какого цвета у тебя белье? Севшим голосом спросил он. – Черное, - нехотя ответила я, мне не хотелось нарушать момент.

 Мы его оба так долго ждали. И вообще, когда последний раз мы, как два подростка, сидели вот так в машине и вели совершенно незначащий, кроме как для нас двоих, диалог, когда каждое слово что-то значило. – Ну что, может все-таки поедем куда-нибудь? Он убрал руку и положил ее на руль. – Почему именно сегодня? Завтра рабочий день, и тебе далеко ехать, я помню. Я подивилась его заявлению, надо же, помнит, где я живу. – И вообще, мы можем ходить вместе танцевать салсу...

 Я не дала ему говорить, мне не хотелось больше никаких ложных надежд. – У меня есть мужчина, - поправляя кофточку, сказала я. – Так вот почему ты не хочешь назначать встречу! Джои сердито повернул ключ зажигания. Я запахнулась в шубку, да черт с тобой, сколько можно что-то от тебя ждать. Ложь это женское оружие. Мы медленно поехали к гаражу. – Где твоя машина? Продолжал сердиться Джои. Я указала на черную Мазду, одиноко стоявшую в пустом гараже. – Ну так может все-таки попробуем, - повернулась я к нему и прикоснулась к шелковой рубашке. Не сразу, через какую-то долю минуты, он убрал мои руки. – Иди в машину. – Ах так, ну так все на этом. Я больше никогда не буду с тобой разговаривать! Никогда! Я схватила свою сумку с туфлями и вышла из машины.

Мерседес взвизгнул колесами и рванул с места. Я села в свою машину и огляделась по сторонам. В гараже было пусто, все разъехались, вечер кончился. Мазда отозвалась на поворот ключа зажигания так, будто заждалась хозяйку.

Выехав из гаража, поплутав по близлежащим улочкам, я выехала на 95-й хайвей и поехала домой. Было на самом деле уже поздно, и завтра нужно было на работу. Ночь была безлунная, вдалеке светились праздничные огни города.

 Слезы медленно текли по моим щекам. Это был мой шанс, и я его упустила. Мы могли бы хотя бы остаться друзьями и танцевать вместе салсу... Мы даже могли иногда ходить на ужин в Гавану или праздновать дни рождения друзей в Канкун Кантине. Мы могли пить сангрию и танцевать бачату в Таларе, или брать уроки салсы в танцевальной студии. А если был какой-то бал, мы могли бы, как и все, прийти парой и сидеть за общим столом. Мы оба живем в Балтиморе, большом американском городе, где живет такой разнообразный народ разных рас и культур. Ночь медленно сгущалась...

Елена Ведекинд
Январь 2013

 

Елена Ведекинд
(США, Мэриленд)

Предыдущий рассказ Елены Ведекинд :

 

Об авторе и другие произведения Елены Ведекинд

 

Отзывы и комментарии направляйте на адрес редакции

Опубликовано в женском журнале Russian Woman Journal www.russianwomanjournal.com -  15 Января 2013

Рубрика:  Романтика и мир женшины

 

Уважаемые Гости Журнала!

Присылайте свои письма, отзывы, вопросы, и пожелания по адресу
 lana@russianwomanjournal.com



1000 нужных ссылок | Site map | Legal Disclaimer | Для авторов

Russian Woman Journal is owned and operated by The Legal Firm Ltd.  Company registration number 5324609