logo
Russian Woman Journal
www.russianwomanjournal.com
Романтика и мир женшины
19 Мая 2013, Воскресенье
Лариса Джейкман
(Англия, Hampshire)

Приговоренная к любви

8. Джоконда
Предыдущая глава повести:

На следующий день Лида опять пришла на работу в приподнятом настроении. Ей казалось, что все вокруг такие же счастливые, как она. Лида всем улыбалась и была настолько приветливой, что даже самые злоязычные работницы ее огромного цеха не судачили на ее счет.

Вообще говоря, Лида любила свою работу, и девушки, которые работали с ней в смене, ей нравились. Была у них, правда, одна парочка, Тамара и Алефтина - две подруги, которых все недолюбливали и даже побаивались. Называли их все по имени-отчеству, так как они были намного старше молоденьких мастериц, им было уже хорошо за тридцать, жизнь у обеих не сложилась, и были они потому суровыми, злыми на язык и охочими до замечаний и поруганий. Лиде тоже доставалось, больно уж шустра и «без мыла везде влезет», как утверждали они.

Но Лида не обижалась. Да, она любила пожаловаться появляющемуся в цеху иногда начальству на плохую наладку машин, из-за чего частые простои, на плохой раскрой или на неисправную шумоизоляцию в цеху, отчего после работы голова еще часа два гудом гудит. И как ни странно, к ее жалобам прислушивались и даже хвалили Лиду за проявление бдительности. Но Тамаре с Алефтиной это не нравилось.

- Ты бы, девонька, поумерила свой пыл. Тут таких, как ты, шустрых да умелых, хоть пруд пруди. Не высовывайся, без тебя найдется, кому начальству о наших недостатках докладывать, - говорили они ей не раз.
- А что такого? Я же как лучше хочу. Вот вчера сколько мы простояли? Почти два часа, наладчиков этих ждали. А они с бадуна были, делали все кое-как, еще чуть не час провозились. Это что по-вашему, хорошо? – не сдавалась Лида.
- А тебе-то что?! У тебя повременная оплата, а не сдельная. Сиди себе тихонечко, не делай ничего. Все равно за отработанное время заплатят.
- У меня зарплата повременно-премиальная, между прочим. Перевыполню план, премию получу. А сидеть без дела я не привыкла! – огрызалась Лида и наживала себе недоброжелателей.

Ее приятельница по работе, Оксана Снежко, советовала Лиде не ввязываться в дрязги с «тетками», как они называли за глаза Тамару и Алефтину.
- Если они взъедятся на тебя, из цеха выживут. Переведут тебя в другую смену, а там одни бабки предпенсионного возраста работают. И будешь там с ними как вечная пионерка, подай-принеси. Оно тебе надо?
- Оксаночка, да я же как лучше хочу. И начальство меня слушает, вон даже бригадир похвалил позавчера. Молодец, говорит, Лидия, что бдительность проявляешь и не равнодушничаешь, как остальные.

Лида упорно продолжала проявлять эту самую бдительность и однажды была отмечена на профсоюзном собрании, как самая активная в коллективе. На этом же собрании Лидию Щепкину выдвинули возглавить вновь созданное в цеху звено самоуправления.
- Будешь Щепкина вести активную работу по выявлению всех простоев и недостатков у себя в бригаде, фиксировать их и ежедневно докладывать начальнику цеха на пятиминутке. А мы будем контролировать, какие недостатки уже устранены, а какие еще предстоит устранить. И за работниками будешь следить, выявлять так сказать непроизводственные потери рабочего времени. Болтовни у нас пустой еще много, перекуров всяких, хождений в туалет по полчаса. Это никуда не годится, - наставлял Лиду бригадир, но это ей было не совсем по душе.
- Это что же получается, я должна теперь следить за всеми и ябедничать? Да они меня возненавидят, Николай Кузьмич! Не буду я следить, кто на сколько в туалет ушел. Это уже слишком! Увольте...
- Минуточку, что значит, «слишком»? Основная цель вновь созданного звена самоуправления – это повышение производительности труда за счет внутренних, так сказать, ресурсов. Не можем мы больше допускать разгильдяйства. Вот ты и будешь за это ответственная. Тебе поручили, будь добра, исполняй!
Лида расстроилась. Одно дело за неполадками следить, это она пожалуйста, а другое – за работниками. Тамара с Алефтиной даже смотреть в ее сторону перестали. Но она решила про себя, что будет делать все осторожно и по-человечески. Ябедничать она не собирается, если кто-то нарушит дисциплину, будет разговаривать с ними, объяснять, просить, чтобы впредь не допускали нарушений, а то ей придется, мол, доложить.

Так она приступила к своим новым обязанностям и даже газету их бригада стала выпускать. Хорошую газету, доброжелательную. Писали в основном о положительном в их цеху, об успехах и достижениях. А о плохом тоже говорили, хотя и кратко, но наставительно. Не заигрывали с нарушителями, короче говоря. Называлась газета «Мы за неделю», и она имела огромный успех среди работниц, которые каждый понедельник уже ждали новый выпуск. Газету вывешивали в комнате отдыха на общее обозрение.
Однажды Лида поместила туда собственную статью под названием «Учитесь мастерству». Там она говорила о том, что им, молодым закройщицам и швеям-мотористкам необходимо постоянно совершенствовать свои знания и умения. Нельзя стоять на месте и успокаиваться на достигнутом.

«Есть же в нашем цеху настоящие мастера, Тамара Анатольевна Кузьмина, Ольга Захаровна Першина, Алефтина Петровна Ивакина. Давайте равняться на них! Стопроцентное качество при ежемесесячном перевыполнении плана свидетельствует о высоком мастерстве этих замечательных работниц. А мы, молодые и только что оперившиеся, порой общего языка с ними найти не можем! Да нам учиться у них и учиться! Помогите нам советом и делом, уважаемые старшие подруги. Давайте работать сплоченным, дружным коллективом!»

Так от души написала в своей статье Лида, и Тамара с Алефтиной оттаяли.
- Ладно, Щепкина. Бог с тобой, активничай, раз уж горит у тебя в попе береста, что с тобой поделаешь. А мы решили, давай наставничество организуем, каждая из нас возьмет себе по три самых молодых и неопытных. Ты к кому пойдешь?
- Вот же змеи, и тут ужалили, мол ты, Лидка, одна из неопытных, - шепнула Лиде Оксана Снежко, но та только отмахнулась.
- Да ладно тебе, Оксана, а что, не так что ли? Конечно я неопытная. Но знаешь, лучше плохой мир, чем хорошая война. Я за сотрудничество.
И пошла к Алефтине. Нравилась ей чем-то эта гордячка, высокая, статная, только больно уж молчаливая. Часами от нее слова не услышишь.
Так сумела Лида завоевать прочное место и авторитет на работе. С ней считались, ее уважали, и думала она, что нашла свое место в жизни раз и навсегда. Ее личная жизнь, то есть жизнь вне работы, тоже была довольно благополучной.

Через десять дней, как и обещал, вернулся Григорий, и они встретились вновь. Лида ждала этой встречи с нетерпением. Во-первых, к моменту его приезда у нее на работе как раз происходили очень важные перемены, было о чем рассказать, а во-вторых, Лида просто хотела опять быть рядом с ним. В нем она чувствовала какую-то силу, защиту, опору. Лида еще не понимала, что за чувства ею овладели. С ее точки зрения это не была влюбленность. В глубине души Лида считала, что влюблена она все же в Аркадия, хотя даже самой себе боялась в этом признаться. Она помнила, как терялась и робела в его присутствии, помнила, как нравилось ей его лицо, руки, фигура. И еще она помнила их мимолетную близость, которую сначала приняла за оскорбление, а потом и сама не заметила, как стала жаждать вновь.

«Если бы он снова решил сделать то же самое, как бы я себя повела?» - думала Лида порой, и ей казалось уже, что она знала ответ. – «Я обняла бы его за шею, прижалась бы к нему всем телом и сказала бы: я твоя...»
Потом Лида конечно же ругала себя за эти мысли. Ей было стыдно за свою слабость и испорченность. Но проходило время, и она вновь и вновь представляла себя в его объятиях и ощущала всепоглощающее чувство мало понятного ей, трепещущего где-то глубоко внутри желания.
А Григорий, казалось, очень обрадовался их встрече.

- Ну здравствуй, Лидочка! Вот я и вернулся. Как ты? – спросил он, когда Лида буквально подбежала к нему.
Она не удержалась и чмокнула его щеку.
- Видишь, как я рада тебя видеть. Я в порядке, а ты? – сказала она, чуть-чуть запыхавшись.
Григорий ничего не ответил, он взял Лиду под руку, и они пошли вдоль по улице все тем же, знакомым им уже маршрутом. Лида болтала без умолку, ей хотелось рассказать Григорию все, и про работу, и про свои успехи и достижения, и про Аркадия даже, но мысли ее путались, перескакивали с одной на другую и в конце концов она остановила себя.
- Что это я все про себя да про себя. Расскажи, как ты съездил, где был, что видел. Мне все интересно! – сказала она Григорию в запале, но он только улыбнулся в ответ.
- Да нечего рассказывать, обычная деловая поездка. К родителям, правда, заехал на обратном пути. Старенькие они совсем, а от помощи отказываются. Мама плохо видит, отец плохо слышит, беда с ними.
- Да, жалко стариков. Их всегда жалко. Они такие беспомощные порой бывают. Как все же интересно жизнь устроена. Вот смотри, сначала родители выхаживают своих малышей, нянчаются с ними, растят, заботятся. А потом сами становятся как дети малые и им уже нужен уход и забота. Все повторяется. Только мы, взрослые дети, не нянчаемся со своими старыми, никому не нужными родителями. Некогда нам, у нас своя жизнь...

Лида погрустнела, произнеся свою трогательную речь, а Григорий слегка обнял ее за плечи.
- Такова философия жизни, Лидочка. Так она устроена, и мы ничего с этим поделать не можем.
- Григорий, ты хотел что-то обсудить со мной перед отъездом, помнишь? – спросила Лида, немного помолчав.
- Помню! – тут же ответил он. – Вот сейчас и обсудим. Но прежде я хотел бы рассказать о себе немного. Пойдем, посидим в кафе, кофе или чай попьем и поговорим. Согласна?
- Еще как согласна, особенно на чай! И даже пирожные есть буду, ни одного не оставлю, - сказала она и звонко рассмеялась.
- Хорошо мне с тобой, Лида. Ты веселая такая, естественная, хорошая, - сказал ей вдруг Григорий, когда они уселись за столик и сделали заказ.
- А что, у тебя был плохой опыт? Тебе всегда попадались грустные, искусственные и плохие девушки?
Теперь рассмеялся Григорий, правда рассмеялся он невесело, устало как-то.
- Да нет, не то, чтобы... Но ты особенная. Ты воплощаешь в моем сознании некий образ, который придумал не я, но который я безгранично люблю, боготворю. Этот образ – мой идеал, и до селе, мне казалось, недостижимый.
- Ой, вы меня пугаете. Я боюсь, что вы ошибаетесь, Григорий. Ну какой же я идеал? Некрасивая, необразованная простушка, провинциалка. Да я...

Лида не договорила. Григорий положил свою мягкую, теплую ладонь на ее маленькую руку, которая теребила бумажную салфетку, и тихо сказал:
- Никогда не говори так о себе. Во-первых, это не так. А во-вторых, Лидочка, каждый человек, особенно женщина, должен очень любить себя и уважать, как личность. А в-третьих, почему это вдруг на «вы»? Ни с того, ни с сего, мы так не договаривались.
Девушка смутилась, покраснела и, высвободив свою руку, сказала ему в ответ:
- Да, ты наверное прав. У меня очень низкая самооценка, но...понимаешь, окружающие меня люди, и мужчины, и женщины, они порой так нелестно отзываются обо мне, что я... что мне... ну в общем кажется, что... Да ладно, бог с ним. Извини, дурацкие комплексы.
У Лиды в горле стоял комок. Она поняла, что не должна была так говорить о себе, открывать душу перед мало знакомым мужчиной. Что он теперь подумает? Хорошо еще, что про Аркадия не рассказала. Но Григорий сразу же как бы забыл о неприятном разговоре и с удовольствием придвинул Лиде вазочку с пирожными.
- Ешь, ты обещала!
Лида принялась с аппетитом уплетать корзиночки с кремом, запивая их душистым горячим чаем.

Григорий тоже пил чай маленькими глоточками и неспеша ел пирожное. И даже умудрялся при этом разговаривать с Лидой.
- Скажи мне, Лида, что ты знаешь о картинах, о художниках, о живописи вообще?
- Мало очень. Я люблю, конечно, картины. И художников некоторых очень люблю. Вот Брюллов, например. «Итальянский полдень» или «Всадница» - удивительные вещи, на мой взгляд. Виноград на его картине ну такой уже настоящий, что отщипнуть хочется. И лошадь тоже, лоснится, ну как живая, правда ведь? А еще мы недавно в Третьяковской галерее были, я не могла отойти от картины «Явление Христа народу». Она такая огромная, что кажется ты сам там, в ней, в этой картине, и Иисус к тебе идет, и даже жутко немного становится. У тебя не было такого чувства?

Лида говорила так вдохновенно, что Григорий невольно улыбнулся.
- Было. А скажи мне, ты любишь портреты?
- Чьи? Картины в смысле? – Лида опять смутилась, она поняла, что вновь ляпнула что-то не то и поспешила исправиться. – Ах, портреты! Ну конечно же люблю. Правда, я сейчас не вспомню ни одного, хотя постойте, портреты Пушкина, Лермонтова...
- А знаешь, Лида, - перебил ее Григорий, - портреты – это удивительная вещь! Они ведь живут своей жизнью, в каждом портрете живет душа человека, который на нем запечатлен. Ты не читала книгу «Портрет Дориана Грея» Оскара Уйалда?
- Нет.
- Ну ничего, это поправимо. Не буду тебе тогда рассказывать, лучше книгу дам почитать. Так вот, я – художник, портретист. И естественно я преклоняюсь перед гениями, котрые создали шедевры на века, шедевры, полные магических тайн, которые так никто и не сумел разгадать, хотя шедевры эти существуют многие сотни лет.
- Ты о чем это? Я знаю про эти шедевры? Я их видела?
- Конечно, видела. Ну не оригиналы, а копии, репродукции. Хотя и в Третьяковской галлерее их немало, Боровиковский великолепен и Кипренский, который упомянутого тобой Пушкина написал. Но есть и кое-что еще, что на два порядка выше. «Джоконда» например. Знаешь такой портрет? Знаешь, кто его написал и когда?
- Знаю! Кто же не знает? Она по-другому еще называется «Мона Лиза». Написал Леонардо да Винчи. Я читала об этом художнике и о его портретах. Только вот когда он был написан, я не знаю. А что, это важно?
- Очень важно. Начало шестнадцатого века, почти пять веков назад, а люди так и не разгадали его величайшей тайны. Кто эта удивительная женщина? Почему именно ее написал великий художник? И как ему удалось изобразить ее таинственную улыбку? Она ведь и не улыбается вовсе в общепринятом смысле, а лицо тем не менее светится счастьем, и улыбка на нем играет. Да, Лидочка! Это непостижимая тайна гения, и гении эти рождаются может быть раз в тысячелетие.
- Ой как интересно! А где она висит? Наверное, где-нибудь в Италии?
- Нет, она хранится в Лувре, в Париже. И я там был, и видел ее. Вот с тех самых пор я сам не свой. Я хочу написать свою Джоконду, понимаешь? Женщину удивительной внутренней красоты, чистую, девственно прекрасную, одухотворенную. Женщину, которую никто не знает и никогда, быть может, не узнает, но она переживет века, десятки поколений и останется тайной для них. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

Лида качала головой в знак согласия. Глаза у нее были огромные, удивленные, влажные. Она слушала Григория, внимала каждому его слову и чувствовала какой-то необъяснимый трепет в душе.
- Кто она, эта женщина? Я? – тихо спросила Лида и как будто споткнулась на последнем слове.
Но она уже не чувствовала себя неловко, она вдруг ощутила в себе такую внутреннюю силу, такой душевный подъем, что ей захотелось вскочить, закружиться и закричать от счастья.
- Хорошо, что ты это сама поняла, значит, я все доходчиво объяснил, - ответил ей Григорий, когда они уже вышли из кафе.

Спустился тихий голубоватый вечер, прозрачные сумерки окутали город. Они шли молча, каждый думал и мечтал о своем, и Лида как будто-бы существовала в двух измерениях. Одно измерение – это Лида земная, обычная, привычная самой себе. А второе – малопонятное пока, эфемерное, где Лида видела себя как-бы со стороны, и ей казалось, что она не здесь, а где-то далеко-далеко, в долине, полной солнечного света и тепла. И Лида тихо улыбалась, то ли от счастья, то ли от волнения.
На следующий день, идя на работу, Лида купила небольшую картинку Джоконды в рамке и водрузила ее на своем рабочем столе. Все смотрели на на нее с удивлением, но ничего не спрашивали, а она витала в облаках, была молчалива и задумчива. Лида часто поглядывала на картинку и думала о том, что счастье где-то рядом, она обязательно найдет его и никуда не отпустит!

 

Продолжение следует

 

Лариса Джейкман
(Англия, Hampshire)

Книги Ларисы Джейкман можно найти здесь

Предыдущие главы повести:

 

Об авторе и другие произведения Ларисы Джейкман

 

Отзывы и комментарии направляйте на адрес редакции

Опубликовано в женском журнале Russian Woman Journal www.russianwomanjournal.com -  19 Мая 2013

Рубрика:  Романтика и мир женшины

 

Уважаемые Гости Журнала!

Присылайте свои письма, отзывы, вопросы, и пожелания по адресу
 lana@russianwomanjournal.com



1000 нужных ссылок | Site map | Legal Disclaimer | Для авторов

Russian Woman Journal is owned and operated by The Legal Firm Ltd.  Company registration number 5324609